Биография Беллы Ахмадулиной

Она родилась в семье татарина, работника таможни, и русской переводчицы итальянского происхождения, имела эффектную внешность и особую любовь к “старинному слогу”, что выгодно подчеркивало ее особый статус по отношению как к советскому строю, так и к самому поколению шестидесятников, к которому она принадлежала.

Белла Ахмадулина

Как ее предок, революционер Александр Митрофанович Стопани организовал первый в России марксистский кружок и дал свое имя переулку в Москве, так и Белла была символом целого десятилетия и наследницей поэтической линии от Лермонтова до Пастернака. Имя она получила от матери, поклонницы испанской культуры, любовь к книгам от бабушки, Надежды Митрофановны, а “инопланетные”, по свидетельству Евтушенко, глаза, от отца. Фамилия же юной поэтессы, начавшей писать в 15 лет, напоминала имя другой знаменитой русской литературной дивы – Анны Ахматовой. Стоит отметить, что имя, выбранное для крещения по православному обряду в грузинском храме Светицховели самой Изабеллой Ахатовной – Анна. Так же звали и ее приемную дочь.

Появившаяся на свет в Москве в 1937 году поэтесса уже в 18 лет удостоится публикации своих стихов в журнале “Октябрь”, а через два года попадет в скандал, открытый по ней шквальным огнем критиков “Комсомольской правды”. В те годы Белла уже учится в Литинституте, где, согласно воспоминаниям руководителя семинара Александра Коваленкова, “у нее появилась тенденция выделить себя из товарищеской среды”, открыто насмехаться над идеологически правильными, но пустыми и скучными стихами и “рафинированный стиль”.

“Говорили, что стихи написаны в лучших традициях русских поэтов. Но Цветаева – не русский поэт… Это стихи из плана гробовскрывательских. Они действительно пахнут нафталином”, – ярились преподаватели. В 1960 году молодую и независимую девушку, на старинный стиль которой не повлияла даже поездка на целину, исключили из университета якобы за проваленный экзамен по марксизму-ленинизму, а на самом деле – из-за отказа поддержать противников Бориса Пастернака. Несмотря на это, потом Белла была восстановлена, и к тому времени даже сумела попробовать свои силы в кинематографе, однако лента Марлена Хуциева 1960 года “Мне двадцать лет” показалась крамольной самому Хрущеву, и вышла в свет намного позднее и под другим названием.

Уже в 1957 году поэтесса выйдет замуж за будущего первого поэта поколения шестидесятников Евгения Евтушенко, который тогда заканчивал последний курс Литинститута, но брак их продержался всего год. Познакомились они странным образом, в 1954 году на квартире одного московского знакомого, где одна из присутствующих девушек решила исполнить роль чревовещательницы и произнесла загробным голосом: “Революция сдохла, и труп ее смердит”. Этого не могла так пропустить, как позже вспоминал сам Евтушенко, “другая восемнадцатилетняя девушка с круглым детским лицом” и “толстой рыжей косой”, которая громко осадила подругу словами: “Как тебе не стыдно! Революция не умерла. Революция была больна. Революции надо помочь”. После этого роман красавицы “с раскосыми татарскими глазами” и многообещающим 23-летним Евтушенко был делом решенным. В 1955 году они сыграли свадьбу, а на медовый месяц уехали в Абхазию, где Евгений развешивал посвященные Белле стихи на ветках деревьев и передавал ей вино губами, но после того, как она забеременела, и муж уговорил ее пойти на аборт, их отношения резко переменились. Все чаще Ахмадулина стала возвращаться домой в нетрезвом состоянии, она сменила прическу, стала курить, а после возвращения мужа из командировки в Сибирь нашла в его постели другую женщину. Таким образом, отношения двух замечательных поэтов подошли к концу, а Евтушенко еще долгое время винил себя в том, что у его бывшей жены из-за него нет детей.

Как-то на дне рождения бывшего мужа почти пятидесятилетний прозаик Юрий Нагибин, уже седовласый, пользующийся славой подражателя и хранителя творческого наследия Куприна и Бунина, встал перед ней на колени, признался в любви и предложил ей выйти за него замуж, за что в него запустил подносом Евтушенко. Однако Белла приняла руку и сердце обеспеченного и дисциплинированного живого классика и целых восемь лет жила с ним, посвящая ему стихи и купаясь в относительной по тем временам роскоши. Однако жизнь с мэтром литературы оказалась не такой уж светлой – Нагибин привык рано вставать, делать зарядку и уже в девять часов садился за завтрак. Когда на столе не было привычной ему овсянки на воде и абрикосов в вазе, он свирепел и ругался. Ахмадулина же могла запросто пригласить к себе полузнакомого милиционера с ребенком и ограничиться короткой фразой: “Это мой друг”. Как отмечал скрупулезно ведущий свои дневники Нагибин и Василий Аксёнов в биографическом романе “Таинственная страсть”, однажды муж даже застал в постели Беллы женщину. Всего этого оказалось достаточным, чтобы поставить их брак на грань катастрофы, тем более, что Белла называла мужа “приспособленцем”, а в 1968 году вместе со второй женой Евтушенко Галиной Сокол отправилась в детский дом, где удочерила девочку Анну, а Галина – сына Петю. Однако прозаик был непреклонен: он считал невозможным воспитывать и растить детей при советской власти, а потому ясно сказал жене, что даже из-за ребенка с ней не останется.

Новым мужем, на этот раз гражданским, и отцом ее единственной биологической дочери Елизаветы стал студент Эльдар Кулиев, сын известного балкарского поэта Кайсына Кулиева. Он был на 19 лет младше нее, и по свидетельству их общей дочери Елизаветы, Белла даже делала за него курсовые и болезненно воспринимала разницу в возрасте: “Мне и живой в тягость быть, не только – старшей”. После расторжения брака Лиза, рожденная в 1973 году, осталась жить с матерью, а функции ее отца принял на себя дед Кайсын. От дочери у Ахмадулиной есть двое внуков, близнецы Маруся и Никола.

К сожалению, отношения дочерей с четвертым и последним мужем матери, прожившим с ней 36 лет, театральным художником Борисом Мессерером, не сложились. Двоюродный брат прославленной Майи Плисецкой, сын балетмейстера Асафа Мессерера и одной из первых звезд советского кино Анель Судакевич, Борис сразу был покорен знаменитой поэтессой еще при первой встрече, запомнившейся тем, что его тибетский терьер Рикки укусил за нос пуделя Беллы. Через два дня по ее повелению он пришел на дачу к Пастернаку, где отмечал годовщину памяти одного из любимых авторов своей будущей жены. Как Мессерер вспоминал позднее: “И вдруг я со всей ниоткуда возникшей ясностью понимаю, что если бы эта женщина захотела, то я, ни минуты ни раздумывая, ушел бы с нею навсегда”. После поминок Пастернака Белла с друзьями заглянула в мастерскую художника, а потом пригласила его в ресторан, где непривычно для себя Мессерер оказался не в роли рассказчика, а в роли слушателя бесконечного монолога поэтессы.

С тех пор жизнь Беллы вошла в привычное русло: вместе с мужем она организовывала самиздатовские альманахи на пятнадцать человек и участвовала в культурной жизни позднего Советского Союза, не расставаясь с Борисом до смерти. Несмотря на это, в жизни Ахмадулиной остается несколько загадок, одна из которых связана с ее участием в съемках фильма Василия Шукшина “Живет такой парень” в 1965 году, где молодая поэтесса исполнила роль журналистки и возлюбленной главного героя, по слухам, не только на экране. Другая тайна связана с историей рождения ее второй дочери Елизаветы, которую окололитературная молва считает приемной.

Помимо всего, само творчество поэтессы оставляют почву для размышлений: как говорит ее дочь Анна, стихотворение “Побережье” она посвятила диссиденту и литературному критику Льву Копелеву, а позднее Борис Мессерер исправил посвящение, приписав в качестве адресата Николая Гумилева, поэта, к которому сама Белла относилась более чем равнодушно. Дневниковые свидетельства Нагибина и “Таинственная страсть” Василия Аксёнова также оставляют немало вопросов по поводу достоверности событий. Так, первый муж Ахмадулиной Евтушенко писал о дневниках Нагибина: “Он любил тебя, мрачно ревнуя, и, пером самолюбье скребя, написал свою книгу больную, где налгал на тебя и себя”. Однако “Таинственная страсть” получила свое киновоплощение в сериале Первого канала, где через шесть лет после смерти роль одной из главных героинь досталась самой известной татарке русского экрана Чулпан Хаматовой, а сам сюжет подвергся разгромному шквалу критики за “очернение эпохи”, где выдающаяся поэтесса, автор песен к прославленным и любимым даже теми, кто никогда не читал стихов, фильмам “Жестокий романс” и “Ирония судьбы”, предстает в образе броской, вызывающе выглядящей любительницы шумных алкогольных застолий.

Тем не менее, в 2013 году стихотворения Беллы Ахмадулиной были включены в школьную программу, а в 2012 году была учреждена совместная российско-итальянская премия “Белла” для начинающих авторов. Как бы сказала сама Белла:

Прощай! И занимайся делом!
Забудется игра моя.
Но сказки твоим малым детям
Останутся после меня.

Автор статьи:
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (голосов: 3, средняя оценка: 3,33 из 5)
Загрузка...
Ссылка на основную публикацию